О немолодых людях с богатым жизненным опытом есть шутка: они так любят давать всем добрые советы по той простой причине, что уже не способны подавать дурные примеры. Российские власти поступают ровно наоборот — по крайней мере, на экономическом фронте. Судя по всему, Кремль переживает стадию перехода от хороших советов к плохим примерам.

Хотя для благих советов, адресованных всему человечеству, именно сейчас самый подходящий момент: российское председательство в «большой двадцатке» в 2013 году гарантирует массу протокольных возможностей дать землянам руководящие указания по обустройству мировой экономики. Очередной саммит G20 намечено провести в Стрельне в начале сентября. Дмитрий Медведев, в бытность свою президентом, всегда использовал предыдущие съезды мировой элиты для того, чтобы выступить с отеческими наставлениями, как лучше и быстрее поправить дела на планете. Хотя он был на этих саммитах лишь рядовым, но, как человек с современным стилем и передовыми привычками, видимо, просто считал своим долгом, оказавшись в обществе коллег из других держав, поучить их уму – разуму, поделиться мыслями о глобальном. И, наверное, бывал удивлен, хотя и не показывал виду, когда, терпеливо его выслушав, они невежливо возвращались к обычным своим темам.

Никакой загадки в этом, конечно, не было. При всем своем желании быть светочем человечества, наше руководство не имеет за плечами великой экономической державы, слово которой заведомо будет важным для других. Таких центров влияния в сегодняшнем мире всего три – Америка, Китай и Евросоюз. Правила игры задают они, не очень-то спрашивая совета у остальных.

А уж если кто-то другой хочет дать совет, то он должен быть каким-то особенно умным, чтобы вызвать мировой отклик. Но из уст наших руководителей ничего, кроме банальностей, ни разу не звучало. Только что, на московской международной конференции «Россия и мир», явно задуманной как одна из репетиций петербургского саммита G20, Дмитрий Медведев, уже в качестве премьера, еще раз повторил, пускай и без прежнего энтузиазма, то, что и раньше предписывал иностранным правителям: «восстанавливайте доверие», «снимайте барьеры», «повышайте прозрачность и эффективность» и т.д. и т.п.

За этими словами нет даже признаков понимания или хоть общего знания не то что планетарных, но даже сугубо российских экономических интересов. На той же конференции чуть ли не главным событием стал неполиткорректный демарш Германа Грефа, который обличил министров медведевского правительства в том, что они, непрерывно рассуждая о последствиях вступления России в ВТО, даже и не прочли документ об условиях этого вступления.

Так оно, похоже, и есть. Наше высшее чиновничество, при всем своем апломбе, просто не осведомлено о том, что реально происходит в мировой экономике. Вдобавок, на растущую усталость мировой номенклатуры от непрошеных предписаний, которыми их осыпают полномочные представители не самой важной в их глазах экономической державы, накладывается сейчас смена стиля наших руководящих лиц.

Путин, в отличие от Медведева, человек старого закала. В его глазах главы иностранных держав – никакие не собратья, а явные или скрытые враги, и общаться он с ними склонен скорее с помощью фирменных своих сарказмов, нежели подаваемых от чистого сердца советов.

А уж если с ними и говорить на глобальные темы, то подобрать им таких собеседников, которых они в других краях не найдут. В рамках российского председательства в G20 планируется, например, устроить специальный сбор всех министров труда этих держав. И как вы думаете, кто назначен координатором мероприятия? Конечно, Михаил Шмаков — старинный вождь всех наших трудящихся, с незапамятных времен возглавляющий казенные «независимые профсоюзы». Это экзотично, как balalaika и samovar, и уж точно запомнится всем гостям.

Впрочем, до петербургского саммита G8 остается больше семи месяцев, и есть еще возможность действительно заставить всех о себе говорить. А именно: совершить что-нибудь особенно диковинное во внутренней своей экономической политике. Не хотят слушать добрых советов, так пусть дивятся, глядя на дурные примеры.

Условия для каких-то чудо-импровизаций на домашнем экономическом фронте не то чтобы уже совсем назрели, но атмосфера явно сгущается.

Если бы высшее руководство не знало, как работает экономика внешнего мира, это было бы еще полбеды. Но оно ведь еще и не понимает, как работает экономика собственной страны. Вернее, почему она сейчас работает так плохо. Год назад у нас закончилось послекризисное восстановление. Но, вместо предполагавшегося Кремлем уверенного движения вперед, все явственнее если и не полная стагнация, то резкое торможение роста.

Причина проста: нефть перестала дорожать, а ведь на ней многолетними стараниями Кремля у нас все и держится. Но начальство, хоть и слыхало об этой версии, все-таки до конца в нее никак не поверит. Кроме того, оно на много лет вперед запланировало непрерывный и стремительный рост всех так называемых силовых расходов – от армейских до судейских, и само себе поклялось обязательно этот подвиг совершить.

О том, что эти планы надо срочно менять, официальным экспертам говорить вообще запрещено, хотя бы и в порядке мыслей вслух. Можно только еще разок посоветовать «улучшить деловой климат». Но был ли у нас хоть один год, когда бы не «улучшали деловой климат», не «снимали административные барьеры» и не «поощряли рыночную конкуренцию»? Не вспомните вы такого года.

Президент Путин с растущим, видимо, раздражением выслушивает сейчас привычные благопожелания привычных своих прогрессивных советчиков и экспертов, очень хорошо знающих, что можно посоветовать, а что – нельзя, и поэтому трусливо обходящих по касательной все реальные проблемы.

Значит, сама собой возникает мысль послушать кого-нибудь другого. Ведь чем хуже ситуация, тем больше веры шарлатанам, доходчиво объясняющим, как легко можно совершить чудо.

И как раз тогда, когда премьер Медведев на вышеупомянутой конференции объяснял иностранцам всю важность «снятия барьеров» и «усиления международной координации», президент Путин на срочно созванном экономическом совещании признал «заминку экономического роста» и сказал, что дальнейшие раздумья над этим вопросом должны происходить «с участием независимых экспертов».

Легко догадаться, что в качестве главного «независимого эксперта» привлечен академик Сергей Глазьев. Хотя его «независимость» относительна (он занимает сразу несколько официальных должностей, включая и должность советника президента), Глазьев, в отличие от остальных, человек твердых воззрений и предсказуемых рецептов.

Поэтому новейшие соображения, которые он подготовил и изложил в виде аналитической записки, ничем не отличаются от прежних. А именно. Слабая финансовая политика западных стран объясняется не тем, что их правительства плывут по течению и пытаются спастись простейшими из доступных способов, а тем, что они всецело поглощены коварным желанием финансово поработить и разорить Россию. Отсюда два предложения. Во-первых, прекратить, наконец, все эти «снятия барьеров», объявить Западу финансовую войну и повести за собой в этой исторической битве весь прочий мир. Во-вторых, собрать все народные силы и средства в один государственный кулак и ценой любых жертв совершить великий экономический рывок, наподобие сталинской индустриализации.

В XXI веке академик Глазьев в роли всемирного главнокомандующего в финансовой войне с Западом выглядит еще более экзотично, чем «независимый профсоюзник» Шмаков – в роли мирового авторитета в сфере трудовой политики.

Но для нашего руководства любой международный сход, на котором оно председательствует, — это грандиозный праздник. А какой же праздник без сюрпризов? Почему бы не поднести всем этим заезжим президентам глазьевскую утопию в качестве новой российской экономической доктрины? То-то рты разинут.

Скажете, все это слишком нелепо, опасно и авантюрно, чтобы Кремль взял такие прожекты на вооружение. Мало ли какие записки сочинит тот или другой академик. Да, на сегодня так оно и есть: это чистейшей воды фантазия. Но что случится через полгода, не знает никто.

За последнее время мы увидели много такого, что еще недавно казалось абсолютно нелепым и стопроцентно невозможным. В своих метаниях между грезами о всепланетном величии и реалиями усугубляющегося по его же собственной вине экономического упадка, высшее начальство способно шарахнуться в какой угодно эксперимент.