Взаимный обмен запретами и ограничениями между крупными игроками глобальной экономики сегодня имеет тенденцию к нарастанию.Россия и страны Запада оказались в центре все сильнее закручивающейся спирали санкций и ответных санкций, конца и края которым не видно…

До крушения рейса МН171 я считал, что третий раунд санкций маловероятен, поскольку европейские страны были не склонны соглашаться на них. Однако глубокий шок и печаль, вызванные трагической потерей мирных жизней в результате того, что гражданский пассажирский самолет был сбит над территорией суверенной европейской страны, потребовали немедленных действий.

Вопрос о том, на ком лежит ответственность за катастрофу, стал вторичен. При этом Европа практически единодушна относительно виновника (прямого или косвенного) и того, что, по крайней мере, на официальном уровне, Москва не разделяет возмущение всего остального мира.

Первые два раунда санкций, наложенные на Россию, имели довольно ограниченный эффект, но третий раунд, направленный против определенных секторов — это другая история. Хотя в краткосрочной перспективе последствия санкций будут ограничены, их силу ощутят в полной мере тогда, когда российские банки и компании начнут иметь все больше и больше проблем с кредитованием на Западе.

Оборонные предприятия, которым нужны высокотехнологичные товары двойного назначения, например, станки или электронные компоненты — все они будут сталкиваться с прямыми отказами или длительными задержками, вызванными жесткими условиями лицензирования. В то же время для стран, вводящих санкции, эти меры означают дополнительные расходы, которые нежелательны в то время, когда в большинстве из них экономический рост слаб и легко может быть сбит с «курса».

Первая контрмера России, запрет на ввоз продуктов питания и сельскохозяйственных продуктов из США, ЕС, Австралии, Канады и Норвегии — интересно, что Японии это не коснулось, хотя она также ввела санкции — скорее всего, окажет значительное влияние на некоторые из этих стран, хотя не останется незамеченной и для российского потребителя. Он за последние годы привык к широкому ассортименту импортных продуктов питания на прилавках.

Сомнительно, что альтернативных поставщиков будет так уж легко найти, а цены при этом, вероятнее всего, вырастут, и, возможно, довольно быстро. Есть риск того, что эта мера негативно отразится на уровне поддержки правительства РФ, вызвав недовольство населения, невзирая на тот высокий уровень доверия российской власти в принципе, которую жители выражают сейчас напористой националистической политике страны.

Нам предстоит узнать, какие еще санкции введет Москва.

Упоминалась автомобильная и авиационная индустрии, а также кораблестроение. Это те сектора, в которых многие производители, недовольные условиями вступления в ВТО, требуют большей степени защиты. То же было и с сельским хозяйством, и пищевой промышленностью. Поэтому сейчас это может быть не только вопросом ответа на санкции Запада, но также уступкой протекционистским требованиям, которые усилились в условиях пробудившегося националистического сантимента. В этих обстоятельствах есть опасность того, что санкции, наложенные в определенных краткосрочных целях, окажется сложно и даже, вероятно, невозможно «откатить» назад.

Вопрос санкций против России, как следствия ее роли в драматических событиях на Украине за последние шесть месяцев, выявил ограниченность санкций как инструмента политики в глобализированной мировой экономике.

Часто говорят, что к санкциям прибегают, когда у государства ограничены варианты политики, а применение силы невозможно. Факты свидетельствуют о том, что в прошлом санкции могли иметь некий эффект на страну, к которой они применялись.

Так было в отношении СССР, Кубы, Северной Родезии (Зимбабве) во времена правления Смита и более недавно в отношении Ирана. Но это были страны с относительно небольшой степенью вовлечения в мировую экономику, либо имели односторонние, экс-колониальные экономические отношения. В таких случаях санкции могли быть эффективны против некоторых стран. Но в сегодняшнем мире, за исключением нескольких закрытых режимов, например, Северной Кореи, любые санкции с большой долей вероятности отрицательно скажутся на тех, кто инициировал их.

В сегодняшнем глобализированном мире только деловое сообщество, стремящееся к стабильности и порядку, и, возможно, общие интересы бизнеса в России и США, а также на Украине могут помочь и поддержать усилия по поиску дипломатического разрешения текущего конфликта, который сейчас несет реальную угрозу превращения в новую и, возможно, довольно продолжительную холодную войну.